— Х-хорошая девочка, — заикаясь я почухала кису за большим пушистым ухом, чтоб только она заткнулась и ради всего святого оставила меня в покое. Альбина воодушевилась и наградила меня хриплым мяуканьем — таким же зловещим, как и мурлыканье.

— Ах, чтоб вас всех, — храп за стенкой прекратился, послышалась возня. Перебравший с вечера зелена вина ночной сторож — старый хрыч дед Лукон (большой любитель ентого дела) — недовольно застучал в дубовую дверь. — Умолкните, черти богомерзкие! И не спится же?

Дальше он бормотал под нос сугубо для своего личного пользования, но всё равно что-то сплошь нехорошее про нас. Альбина опасно задёргала кончиком длинного хвоста — как и всякий призрак, тем более замковый сторож, она обладала зачатками телепатии и могла считывать эмоции окружающих.

— Спокойно, подруга, — мои слабые пальцы уцепились в кошачью холку. — Лучше посиди со мной… приспи меня, а то я безумно боюсь… э-э… темноты.

Я старательно про себя испугалась тёмной комнаты и кошка, почувствовав скорей моё отчаянное желание удержать её возле себя, чем придуманный испуг, утихомирилась, разлеглась на моих ногах мягкая и на удивление лёгкая.

Заснула я буквально через секунду после того, как закрыла глаза…

II. Граф Велазург

Распанаханная до кости спина заживала хуже всего, и день, когда я впервые смогла самостоятельно подняться с кровати и пошатываясь выйти в кухню, стал для моих новых знакомых настоящим праздником. Вела даже не ругалась за то, что я без предупреждения отползла так далеко (шесть метров) от постели. Приходящий в себя после недавних возлияний дед Лукон тут же предложил за это выпить. Согласились многие, даже Вела, которой незамедлительно скрутили кукиш.

Слава богу, про возникновение этой "царапины", как однажды выразился лекарь, никто меня не расспрашивал. Все просто, затаив дыхание, ждали, когда же я стану полноценным человеком… и смогу убраться от сюда. Так мне казалось. Казалось неправильно, и когда я заикнулась, что скоро смогу освободить занимаемое пространство, Авелия всерьёз пообещала меня отшлёпать.